Эйвери несколько раз перечитала выделенную строку.
Слова словно расплывались перед глазами.
Она медленно подняла взгляд на адвоката.
— Это правда?
Джером кивнул.
— Абсолютная.
В завещании бабушки Скотта было написано:
«Моё наследство получает мой внук только в том случае, если на момент вступления завещания в силу он состоит в законном браке со своей супругой Эйвери Коллинз. В случае развода или попытки принудить супругу к расторжению брака до завершения процедуры наследования всё имущество автоматически переходит в благотворительный семейный фонд.»
Эйвери долго молчала.
Потом медленно закрыла папку.
Теперь всё становилось понятным.
Неожиданное требование подписать развод.
Два часа на сбор вещей.
Постоянная спешка.
Он вовсе не чувствовал себя победителем.
Он паниковал.
Потому что срок вступления завещания в силу ещё не наступил.
Ему оставалось всего три недели.
Если бы развод был оформлен раньше…
Он потерял бы всё.
Джером спокойно сказал:
— Он рассчитывал, что вы подпишете документы и не станете консультироваться с юристом.
Эйвери улыбнулась впервые за последние дни.
— Но он ошибся.
Через неделю состоялось первое судебное заседание.
Скотт вошёл в зал уверенной походкой.
Рядом сидела Кайла.
Она уже выбирала свадебное платье и рассказывала всем о будущем доме.
Но всё изменилось после первых пяти минут.
Адвокат Эйвери спокойно передал судье копию завещания.
Скотт побледнел.
— Нет…
Он резко вскочил.
— Это не имеет отношения к делу!
Но судья уже читала документ.
Потом подняла глаза.
— Господин Коллинз, вы знали об этом условии?
Он молчал.
Именно молчание стало ответом.
Через несколько дней представитель фонда официально подтвердил:
Любая попытка скрыть условие завещания или принудить супругу к разводу считается нарушением последней воли наследодателя.
Наследство аннулировалось автоматически.
Все семь миллионов долларов переходили в благотворительный фонд помощи детям.
Когда Скотт получил официальное уведомление, он несколько минут просто смотрел на письмо.
Потом медленно опустился на стул.
Кайла тихо спросила:
— Что теперь?
Он не ответил.
Через месяц она ушла.
Свадьба так и не состоялась.
Дом пришлось продать.
Эйвери же спокойно закончила бракоразводный процесс уже после завершения всех юридических процедур.
Она не получила наследство.
Но и Скотт не получил ни цента.
Позже журналист спросил её:
— Вы жалеете, что не попытались сохранить эти деньги?
Эйвери улыбнулась.
— Нет.
Самое ценное наследство бабушка оставила не своему внуку.
Она оставила ему последний урок.
Если человек готов предать любовь ради миллионов…
Он заслуживает остаться и без любви, и без миллионов.
Иногда одна строка в завещании оказывается сильнее всех хитрых планов, которые человек строил годами.
