Доминик ещё долго смотрел на экран телефона.
Слова врача продолжали звучать у него в голове.
— Вы потеряли ребёнка.
— Вы больше никогда не сможете стать отцом.
Он резко вскочил.
— Нет… этого не может быть.
Пейдж испуганно посмотрела на него.
— Что случилось?
Но он уже набирал номер Одри.
Абонент был недоступен.
Снова.
И снова.
В это время Одри сидела в кабинете своего адвоката Софии Стерлинг.
На столе лежали последние документы.
— Все счета уже заблокированы, — спокойно сказала София. — Холдинговая компания заморозила финансирование.
— А строительная фирма?
— С сегодняшнего утра она официально переходит под внешнее управление. Как основной владелец, вы имеете на это полное право.
Одри молча подписала последнюю страницу.
Доминик не знал самого главного.
Два года назад его компания находилась на грани банкротства.
Именно тогда неизвестный инвестор выкупил контрольный пакет акций.
Этим инвестором была Одри.
Она сделала это через закрытый инвестиционный фонд, чтобы муж никогда не почувствовал себя обязанным ей.
Он был уверен, что спас бизнес собственными силами.
На следующий день Доминик приехал в офис.
Электронный пропуск не сработал.
— Что происходит?
Начальник службы безопасности спокойно ответил:
— По распоряжению нового руководства ваш доступ аннулирован.
— Какого ещё руководства?
В этот момент к входу подошла София.
Она вручила ему папку.
— Ознакомьтесь.
Внутри находились документы, подтверждающие, что шестьдесят два процента компании принадлежат инвестиционному холдингу Одри.
Следующая страница касалась особняка.
Его владельцем тоже оказался холдинг.
Даже автомобиль Доминика был оформлен на компанию.
Он медленно опустился на ближайший стул.
— Это невозможно…
Через несколько часов домой вернулась Виктория.
Но электронные ворота уже не открывались.
У входа их ждал судебный исполнитель.
— Согласно решению собственника, вы обязаны освободить недвижимость в течение сорока восьми часов.
Виктория побледнела.
— Это наш дом!
— Нет, мадам.
Он спокойно протянул документы.
— Никогда не был вашим.
Через неделю Доминик всё же встретился с Одри.
Она стояла в тихом саду у небольшого дома за городом.
Он долго молчал.
Потом тихо произнёс:
— Я не знал…
Она посмотрела на него спокойно.
— Именно поэтому ты так легко решил меня потерять.
Он опустил голову.
— Прости.
Одри коснулась медальона своей матери.
— Ты оплакиваешь не меня.
Ты оплакиваешь жизнь, которую сам уничтожил.
Она развернулась и ушла.
Больше они никогда не виделись.
Позже журналист спросил Одри, почему она столько лет скрывала своё состояние.
Она ответила:
— Я хотела узнать, смогут ли меня любить без денег.
Ответ оказался болезненным.
Но благодаря ему я вовремя поняла, кого действительно нужно оставить в прошлом.
