Дождь шёл с самого утра. Капли стекали по стеклу кафе, где пахло кофе, свежей выпечкой и мокрой землёй. Эмилия сидела у окна, в светлом пальто, держа в руках чашку. Её отражение на стекле казалось уставшим.
Она ждала Габриэллу. Мать Марка звонила сама — “надо поговорить”.
Когда Габриэлла вошла, всё вокруг будто стало тише. Стильная, собранная, с лёгкой улыбкой, как всегда — женщина, у которой не дрожат руки, даже когда она режет больно.
— Ну как вы? Всё по-старому? — спросила она. — Да, всё спокойно, — ответила Эмилия.
Они говорили о пустяках, пока разговор не свернул в привычное русло. — Марк был таким лёгким с Кларой… — сказала Габриэлла, разглядывая витрину.
— Она знала, когда промолчать. — А я не знаю? — Эмилия улыбнулась. — Иногда слишком стараешься быть правой, — тихо сказала свекровь.
Эмилия поставила чашку. Снаружи шел дождь — тонкий, ровный, будто подчеркивал тишину между ними.
— Вы знаете, — сказала она спокойно, — я всегда старалась. Даже когда мне говорили, что я хуже. Габриэлла подняла глаза. — Но если вы всё ещё видите в ней идеал — может, просто не мой брак вы поддерживаете, а свой контроль над ним.
Пауза. Габриэлла не ответила. Только дыхание стало глубже.
Она медленно достала перчатки, встала. — Спасибо за кофе, — сказала она. — И за честность.
Она ушла, не взглянув в сторону. Дверь за ней закрылась, и ветер втащил в зал запах дождя и мокрой травы.
Эмилия осталась одна. Она допила чай, посмотрела в окно — на террасу, где капли на листьях блестели, как стекло.
И впервые за долгое время ей стало спокойно.
